Экологические темы вновь вырываются в топ региональной информационной повестки. На днях стало известно, что профильное министерство инициировало исключение медведей из Красной книги Ульяновской области: хищники всё чаще приближаются к населённым пунктам, и встреча с таким зверем представляет для человека смертельную опасность.
Другую опасность представляют лисы. Их довольно часто замечают на улицах, что несёт угрозу распространения опасных заболеваний, включая бешенство. Сейчас открыт сезон охоты, который продлится до конца зимы — Минприроды рекомендует охотсообществам дополнительно стимулировать добычу лисиц.
Новости соседства человека и природы актуальны и непосредственно для областного центра. Со знаком «плюс» — Винновская роща исключена из Государственного реестра объектов накопленного вреда окружающей среде после проведённых работ по ликвидации последствий загрязнения нефтепродуктами. Менее позитивная ситуация складывается на Маришкином роднике — Павел Петряков продолжит тему.
Павел ПЕТРЯКОВ
КОРРЕСПОНДЕНТ
Легендарное место «Маришкин родник» пропадает, и атомсфера та уже исчезла. Раньше-то было и зимой, и летом как в сказе, место-то красивое. В какой-то мере как в сказке и осталось, только того гляди из вот этого болота, в которое превратился родник, вот-вот выпрыгнет какое-нибудь Лихо и утянет… Хотя и тянуть уже некуда, водоём обмелел, утки улетели, вместо них плавают только бутылки из-под чего-то спиртного.
Пейзаж удручает. Воды нет в одной трубе, в соседней — лишь еле заметная струйка. Водоём стремительно заболачивается: вода застаивается, покрывается ковром из ряски и тины, появился мусор, убирать который никто не спешит. Засорен и водосбросный коллектор. А ведь относительно недавно отбоя от желающих набрать воды здесь не было.
Павел ПЕТРЯКОВ
КОРРЕСПОНДЕНТ
Все шли за водой, а теперь грустно смотреть. Торчит вон труба, и ничего из нее не течет, не журчит родник, и даже табло и то закрасили, а раньше тут была полезная информация о роднике, о воде. Всё пропало.
Наверху сохранились какие-то надписи, но в текущих реалиях они звучат скорее как издёвка. Странная «гармония с природой» царит на некогда ухоженной территории.
Глядя на умирающий водоём, возникает вопрос: неужели в профильном ведомстве не знают, что происходит? Труба банально засорилась или причина глубже?
Надежда теплится. На следующий год запланировано благоустройство территории — заявку уже подала администрация города Ульяновска. Чиновники обещают определить объем работ. Но главный вопрос остается открытым: а что, собственно, делать с водой?
Александр ЕПИФАНОВ
НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА ВОДНЫХ РЕСУРСОВ И РАЗВИТИЯ ОСОБО ОХРАНЯЕМЫХ ПРИРОДНЫХ ТЕРРИТОРИЙ МИНИСТЕРСТВА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ЭКОЛОГИИ УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ
С точки зрения дебета родника, ну это очень сложный вопрос. Родник расположен на территории города Ульяновска, на него оказывает влияние достаточно большое количество факторов. Насколько велико влияние каждого объекта на дебет родника, сказать без проведения сложных гидрогеологических исследований невозможно. Может быть, в следующем году ситуация исправится, может быть, потребуется проведение инженерных работ по модернизации каптажа родника.
Другой, куда более болезненный вопрос: а кто вообще отвечает за этот уникальный уголок природы, имеющий официальный статус ООПТ?
Александр ЕПИФАНОВ
НАЧАЛЬНИК ОТДЕЛА ВОДНЫХ РЕСУРСОВ И РАЗВИТИЯ ОСОБО ОХРАНЯЕМЫХ ПРИРОДНЫХ ТЕРРИТОРИЙ МИНИСТЕРСТВА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ЭКОЛОГИИ УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ
— Сложный вопрос, кто, кто за него отвечает?
— Ну это особо охраняемая природная территория?
— Да, с точки зрения особо охраняемой природной территории мы осуществляем контроль, надзор, не допускаются на территорию хозяйствующие субъекты, а вот с точки зрения именно его существования нет какого-то отдельного лица, которое является его хозяином.
«У семи нянек дитя без глазу». С такой позицией категорически не согласен Лев Левитас.
Лев ЛЕВИТАС
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ КОМИССИИ ПО ВОПРОСАМ ЭКОЛОГИИ ОБЩЕСТВЕННОЙ ПАЛАТЫ УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ
Это ООПТ, это особо охраняемая природная территория, находящаяся в центре города, и состояние её должно быть идеальное. И Минприроды за это отвечает головой.
—
Я считаю, что вот построили там дом наверху, он небольшой, он четырехэтажный, но он даже на вид тяжелый, и потоки перекрылись.
—
Вот все эти процессы и антропогенный фактор, и природный фактор, и чисто человеческие факторы привели к тому, что вот эта вот особо охраняемая территория, где очень мы любили все бывать, гулять, попивать воду, она превратилась в отхожее место.
Печальную ситуацию можно описать тремя словами — кратко, как эпитафия. Это был родник.
Павел Петряков, Алексей Самсонов, «Репортёр 73».
Добавить комментарий